?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Преодоление троцкизма
Обзор
newsmen_lj
Любое политическое разделение, в частности – на левых и правых, достаточно условно. Возникает вопрос, а есть ли некий критерий, который стоит выше сугубо идеологических и политических различий, на которых столь часто акцентируют внимание политологи?


О право-левом диалоге написано много. Интересно, что пишут о нем в основном правые. Для левых правые идеи не приемлемы, по той простой причине, что приняв принципы идеологического антипода их существование становиться бессмысленным. Говоря о возможной диффузии идей и последующем право-левом объединении, этаком политическом экуменизме, прежде всего, нужно решить вопрос о востребованности такого идеологического андрогина. Или, как сказано у Р. Даля — межеумка.


Прежде всего, стоит разобраться — кто такие правые и левые в России сейчас?

Для определения идеологической ориентации наиболее часто используется координатная сетка, впервые примененная профессором А. Дугиным, правда без указания авторства. Но нас партийная принадлежность в этом вопросе может только запутать, поэтому стоит применить шкалу прогрессивности и реакционности той или иной идеологической платформы.


Возьмем крайне левых, с их идеей прекращения современных экономических отношений, отрицания государства, замену религии новодумным хэппинингом, уничтожение традиционной семьи как фундамента общества и прочими предпосылками всеобщего хаоса. Горе народу, который поведется на их идеи.


Или возьмем ортодоксальных правых с их идефиксом возвращения в голливудский феодализм. В этом случаях приходит на ум цитата из Венечки Ерофеева. «...замок в плющах, а ты сидишь напротив и кормишь грудью барскую суку». Причем в случае правых, левые все же имеют смутные представления о грядущем экономическом устройстве.


Таким образом, и те и другие крайне реакционны, и воплощение их идей, делает общество, пошедшее за ними, легкой добычей более прогрессивного агрессора. Для левобесия, в качестве исторического примера можно привести Баварскую советскую республику, где левые эксцессы были настолько нелепы и губительны, что даже в гедеэровской исторической науке о ней говорилось без малейшего сочувствия. Для крайне правых будет, наверное, характерен пример «реконструктора» империи Чингис-хана, барона Унгерна, своими действиями приблизившего победу большевизма в Монголии больше всех Сухе-Баторов вместе взятых.


Сейчас в России имеется левых, в том числе официально представленных в Госдуме, значительно больше чем правых. Многочисленная КПРФ, социалисты различных оттенков розового, антиглобалисты левого толка, ортодоксальные коммунистические секты, анархисты, антифа, секс-движения различной ориентации. В общем «имя им легион». Причем, существует мнение, что левая идеология — это идеология Модерна. Однако, чего модернового в идеологии КПРФ? Если искать у них следы «Liberte, Egalite, Fraternite» , то их почти нет. А вот «Travail, Famille Patrie» сколько угодно. Или. Какой модерн присутствует в идеях чучхе, построенных на практике выживания традиционной корейской крестьянской общины?


Наиболее чисто-левыми считают себя разнообразные троцкистские группировки. Однако, что такое троцкизм, если разобраться? Троцкизм это подмена марксистской идеи диктатуры пролетариата, идеей диктатуры менеджмента. Экономов революции. Но революции ли?


Собственно чем была история возвышения и заката СССР? Борьбой между здоровыми силами прогресса и троцкистским регрессом. Если кто считает, что Страну Советов погубил Западный империализма, то они глубоко ошибаются. Советская империя пала, подточенная метастазами троцкизма. Первым звонком болезни был кризис 1929-1935, вызванный первым «троцкистским десятилетием» советской власти. Этот кризис был успешно преодолен Сталиным, что позволило СССР выйти из Второй мировой войны с неплохими результатами.


Второй троцкистский кризис, совпавший с правлением классического троцкиста Н. Хрущева, пришелся на так называемую «оттепель». Почему-то «оттепель» считается эрой невероятного прогресса. Возможно для посетителей «коктейль-холла» на Пешков-стрит так оно и было. Но для остальных жителей СССР это были тяжелые времена, сравнимые только с ломкой коллективизации. Во-первых, была разрушена успешно функционировавшая многоукладная экономическая система. Частник и кооператор, занимавшие неудобные для госэкономики ниши, были вырублены под корень. За лишнюю курицу, или не дай Бог козу, какую ни будь старушку штрафовали на месячную пенсию. Художественные народные промыслы были переведены с артельных форм в госструктуру, что уничтожило их художественность и народность.


До сих пор помню швею-надомницу тетю Валю, которая была вынуждена работать (обшивать соседей) в фальш-чулане, как Анна Франк, из страха перед финансовыми инспекторами. Даже, считающиеся прогрессивными «хрущобы», были попыткой воплотить мечты Троцкого о казармах грядущих трудовых армий, где лучший вертухай — сосед по лестничной клетке. Борьба с христианством, обернувшаяся насаждением язычества. Расстрел Рокотова, невозможный при сталинской системе, где виртуозу-валютчику нашли бы место для приложения своих способностей. Новочеркасские события вообще были триумфом троцкистской реконкисты. Как бы решили вопрос при Сталине? Расстрелом партийного актива. Как при Хрущеве? Расстрелом недовольных рабочих. То есть, хозяин страны менеджер и он неприкосновенен. Или взять, находящуюся за гранью логики, поддержку несусветных «национально-освободительных» режимов по всему миру, вполне укладывающуюся в трафарет «перманентной революции». Всего и не перечислишь... Брежневская и последующие эпохи были только расхлебыванием той каши.


В принципе мы можем легко решить приемлемость той или иной идеологии, как ее не называй — левой или правой, определив сколько в ней процентов троцкизма. Основным признаком является коэффициент паразитарности социальной группы, назначающейся гегемоном. Стопроцентный паразит это профессиональный революционер, заточенный на разрушение. Дальше идет менеджер, ставящий свои интересы, экономические либо амбициозные, выше интересов дела которому он служит. Подобное положение вещей характерно не только для социализма, но и для современного капитализма, где хозяин — капиталист полностью зависим от своих слуг-управляющих и государственных менеджеров-чиновников. Собственно весь смысл современного левого движения на Западе — занять нишу управленцев. Экология, феминизм, антиглобализм, проблемы Третьего мира — все это, по меткому выражению знатока троцкизма Г.Я. Вышинского «толченое стекло, чтобы запорошить своей жертве глаза, перед тем как размозжить ей голову разбойничьим кистенем».


Причем троцкисты готовы сотрудничать с кем угодно для достижения своих целей. Взять хотя бы идею «Красного Джихада» (не путать с «созидательным»). Идея сводиться к тому, что глобализм и его самое адское порождение Американский империализм — настолько плохи, что левые силы должны объединиться с самым радикальными его ненавистниками — исламскими фундаменталистами. Попытки такого альянса возникают периодически, от «РАФ» до российского «Левого фронта». Понятно, что в последнем случае идеологических бонз объединяла ненависть к России, как к государственной и культурной целостности. Но на низовом уровне гибрида не получается, хотя бы из-за несовместимости в вопросах морали.


Самый провальный право-левый проект, это конечно, партия Эдуарда Лимонова. Задуманный как лево-правый, со временем он был переформатирован в экстремально левый, а потом вообще в сервильно-либеральный. Если какие-то правые, приманенные яркой вывеской и, главное, верой в объединение на национальной почве, и приходили, то как правило, не задерживались. Диалога не получилось. Почему? Вместо большевизма Лимоновым практиковался троцкизм, с глубокими реверансами в сторону его основоположника.


Однако точки соприкосновения у правых и левых есть. Это антипод

троцкизма, как в сфере идеологии, так и практики — сталинизм. Сталинизм — это преодоление троцкизма, медленное распутывание и разрубание его щупалец, опутавших Россию. Разумеется, после многолетней, начатой в середине 80-х годов прошлого века кампании по дискредитации советского периода истории, многим будет трудно примириться, с тем, что все они знали о Сталине и его эпохе — ложь. Но это надо сделать. Если не принимать сталинизм за содержание левых идей, то это так же бессмысленно, как практикуемая новодельными язычникам критика христианства — за иудейские корни. Главной точкой единения общества в сталинизме является Великая Русь, ее благо и благо ее народа.


Ведь по большому счету, идеи не стоит делить на правые и левые. Их надо делить на полезные для России — и вредные. Это единственный правильный подход. В конце концов мы не лилипутяне, чтобы разделиться на «тупоконечников» и «остроконечников» и вести братоубийственную войну за способ поедания яйца.

Яков Шустов

http://pravaya.ru/look/19740

promo newsmen_lj may 15, 2013 06:29 1
Buy for 10 tokens
Место для промо для всех желающих. Posted via LiveJournal app for iPad.