Newsmen. (newsmen_lj) wrote,
Newsmen.
newsmen_lj

  • Music:

ЕСТЬ ЛИ РУСОФОБЫ СРЕДИ СЕРБОВ?

Совершенно случайным образом наткнулся на одну замечательную статью. Она довольно объемная, но советую обязательно прочитать ее полностью.

http://www.win.ru/civil/331.phtml

На сайте ЛДП (маргинальная проамериканская партия в Сербии, выступающая за «национальное покаяние» и признание независимости Косово. Ред.) я недавно увидел комментарий следующего содержания: «Русские – хамы!» Тогда как на форуме Б92 один из участников «облегчил душу», написав: «… я знаю, что русские за последние 200 лет не помогли нам ни разу, начиная с Первого сербского восстания они всаживают нам нож в спину». На сайте «Пешчаника» можно найти текст Николая Самарджича, в котором написано: «Сербия – единственная страна, у которой есть завидный потенциал для развития, она приближается к России только из-за плохих политических условий и экономической отсталости, причины которых лежат в основах авторитарной, антилиберальной политики».



Сразу же нужно сказать: те, кто «плюет» на Россию и русских, составляют меньшинство. Исследование этнического дистанцирования, т. е. чувства близости или удаленности представителя некоего народа по отношению к остальным этническим группам, которое провела «Новая сербская политическая мысль», показывает, что русские среди сербов очень популярны. Для сербов русские – лучшие брачные партнеры или соседи; лучшие шефы на работе. Сербы бы хотели, чтобы больше русских жило в Сербии. Более того, некоторые граждане Сербии и на государственных постах хотели бы видеть русских!

Вкратце, вероятно нигде за пределами бывшего СССР рейтинг русских не является таким высоким, как в Сербии. Тем более, традиционно дружественные отношения усилились с моментом укрепления позиций Российской Федерации на мировой арене и решительной позицией по вопросу Косово. Но факт, что некоторые сербы выражают негативное отношение к русским или хотя бы недовольство! Почему так? Есть ли на это причины?

Выборочная память

Часть сербов убеждена, что Россия никогда не помогла Сербии по-настоящему. Так, забыто, что из-за нас, сербов, не готовая к военным действиям, Россия вступила в Первую мировую войну. Русское правительство хорошо знало, в каком состоянии находится ее армия, что промышленность и общество не готовы к долговременным военным столкновениям. На основании опыта войны с Японией все знали, какие благоприятные возможности предоставляет война деятельности революционеров. Но Николай II не хотел оставить сербов в беде. Он не позволил этого сделать и другим во время «албанской голгофы» (отступления сербской армии в 1915-1916 годах через территорию Албании, в ходе которого сербы подвергались не только атакам австро-венгров, но и нападениям албанских боевиков. Ред.). Только благодаря решительной позиции России, а также угрозам, что она выйдет из войны, западные союзники эвакуировали измученные сербские силы (имеется в виду эвакуация на греческий остров Корфу, где в 1917 году была подписана декларация об образовании будущей Югославии. Ред.).

Помогала нам Россия и во время наших восстаний в начале XIX века. Помогала нам и во время войн 1876-1878 гг., причем не только государственные институты, но и сам народ, т. е. различные общественные организации и сами люди.

Конечно, у официальной России всегда на первом месте стояли ее собственные интересы. Как, впрочем, и у Сербии! Поэтому, конечно, у Россия, возможно, не помогала всегда в той степени, на какую мы надеялись.

Когда идет речь о других странах, сербы понимают, что каждому государству позволительно бороться за свои интересы. Между тем, русским мы этого, видимо, не позволяем. Более того, иногда мы ревнуем их, и наши историки вспоминают как «преступный акт» то, что для России в конце 1870-х на Балканах всегда на первом месте были собственные интересы, потом болгарские, только потом сербские. Однако смеем предположить, что болгарские интересы для русских были приоритетны прежде всего потому, что у Болгарии был выход к морю, что же само по себе было очень важно (после взятия Плевны и победы над Османской Империей Россия стремилась создать мощное болгарское государство, включавшее Македонию, на которую также претендовала и Сербия. Ред.).

Синдром младшего брата?

Думаю, что за всем этим стоит «синдром младшего разбалованного брата». Нас судьба не баловала, но мы балуем сами себя. Мы – люди большого Я, и отсюда – сильное самолюбие. Поэтому, когда по отношению к кому-то мы чувствуем близость, то сразу ждем, что предмет обожания будет видеть в нас «сущность своей жизни». Так, мало сербов и историков вспомнят, что сербским властям не пришло в голову принять сторону России в Крымской войне (а ведь на нас надеялись в России).

«Смягчающим обстоятельством» является то, что общественность была за то, что Сербия вошла в войну против Турции, Великобритании и Франции! Сербский народ поступил также и в 1941 г, когда поднял восстание против немецких оккупантов. Мотив большинства был в том, чтобы помочь подвергшейся нападению России (пусть даже и красной) и бок о бок с братским народом победить нацистов.

Новый «эпизод» фильма о «братских (обманутых) надеждах» – «снят» в 90-е. Россия пережила два ни с чем не сравнимых предательства: большевистское и ельцинское. Десятки миллионов русских остались за границами России и предоставлены своей несчастной судьбе. И разве тогда было реально ожидать поддержку от такой власти в Москве? Особенно действенную и искреннюю! Было ли разумно думать, что Б. Ельцину и А. Козыреву есть дело до сербских национальных интересов. Есть ли тогда смысл сердиться на Россию из-за отношения ее властей к нам на протяжении 90-х годов?

Австрофилы против русофилов

Не прошло и года, после того, как Сербия получила автономию в 1830-м году , как часть нашей молодежи начала, при поддержке государственных фондов, учиться на Западе. Оттуда многие из них возвращались носителями идеологии превосходства Запада.

Среди представителей относительно малочисленного городского высшего слоя (чиновники, адвокаты, торговцы, профессоры) расширялось убеждение, что значительное сближение с Россией может негативно отразиться на ходе либерализации и демократизации Сербии. Но парадокс был в том, что такое отношение нередко подогревали проавстрийские политические круги, а Габсбургская монархия не являлась страной с идеальной политической системой! Австрофилы прививали страх нашим прозападно настроенным мещанам, что интенсивные связи с Россией только помешают лучшей жизни. Однако, когда Сербией завладели прорусско настроенные политики, в ней было намного больше свободы, чем тогда, когда ей руководили австрофилы, которые любили воображать себя западниками. Набирала обороты, становилась более масштабной европеизации страны.

Последствия холодной войны

Настоящую поляризацию Запада и России принесла Октябрьская революция. В СССР не было не только политической свободы или свободы гражданских объединений, но даже ограниченной спортивной или экономической свободы! Все решения принимала партия. К сожалению, когда России была навязана система, опровергающая во многом ее идентичность, для сербов Россия и далее оставалась огромной евразийской страной. Не по злому убеждению, но по привычке и руководствуясь любовью! На эту ошибку указывал Дмитрий Лётич и писал о необходимости говорить о «Советии», а не о России. Но это не донеслось до ушей большинства сербов.

В Сербию в 1944 г. вошли части Советской Армии. Это косвенно способствовало укреплению режима Тито. Сербы, отставшиеся верными Драже Михайловичу и королю негодовали на русских и англичан. (Драже Михайлович – начальник штаба Верховного командования Югославянской армии, главнокомандующий которой был король Петр. Англичане с 1941 до 1943 г. поддерживали Югославянскую армию, которую в народе прозвали «четниками», а позднее стали на сторону партизанских отрядов Коммунистической партии Югославии. Целью партизан была борьба за власть, или, как они говорили, революцию, поэтому они нападали на Югославянскую армию, избегая при этом столкновений с немцами. Англичане нарушили нормы международного права и вмешались во внутренние дела Королевства Югославии, встав на сторону Тито. Важно отметить, что они поддерживали партизан еще и потому, что среди них было большинство хорватов. Так, использовались следующие обозначения военных – «хорватские партизаны» и «сербские четники». Движение Драже Михайловича было монархическим, патриотическим, великосербским. Ред.).

Тогда как одни страдали за то, что не любили Сталина, другие души в нем не чаяли. Наступил 1948 г., и после резолюции Информбюро последовали массовые аресты и активация всех пропагандистских потенциалов, направленных против Советского Союз.

Когда Тито увидел, что «семейная ссора» со Сталиным зашла слишком далеко, он начал ориентировать на Запад. Наряду с этим он начал процесс либерализации в других областях. Легче стало получить паспорт, тогда как на самом деле у каждого не было возможности путешествовать туда, куда он хочет. Власть отказалась от коллективизации земель. Сотрудничество с США способствовало быстрому экономическому развитию до середины 60-х годов, и дальнейшему росту жизненных стандартов. На основании безвозмездной помощи и кредитов, мы быстро начали жить намного лучше наших восточных соседей. И, на основании многих причин, мы начали делить мир на западный, изобильный, и на советский (русский), который казался нам «долиной страданий».

Коммунистическая система рушилась. Россия прошла через еще один «адский круг», но в конце, как герой античных мифов спаслась из подземного мира. Сейчас она «настоящая» капиталистическая страна, развивающаяся быстрыми экономическими темпами. И перед ней открываются исключительные перспективы. Хотя, сформировавшееся убеждение тяжело поддается трансформации. Часть сербов, как будто убеждены, что сотрудничество с Россией принесет скудный образ жизни, по старому советскому образцу! Такое иррациональное использование прошлого – плод долголетней социалистической пропаганды, запугивания народа намного худшей формой социализма.

От прошлого к настоящему

Часть сербов считает, что налаживание связей с Россией удаляет нас от Запада. Для большинства с Западом ассоциируется лучшая жизнь. Опять же, часть считает, что несерьезно полагаться на русских: боятся, что в критический момент Россия оставит нас у разбитого корыта.

Мы видели, как было в прошлом, а что касается настоящего – вышеупомянутые страхи, также безосновательны. Мир больше не разделен на блоки холодной войной, поэтому смешно воспринимать Россию, как логово некоего антизападного союза. В остальном, эта страна по многим показателям больший Запад, чем Сербия. Потом, у России и нет целей слишком сильно привязывать нас к себе. На нашей территории, к сожалению, нет неких глобальных стратегических интересов Росси. Есть экономические, и конечно, Россия хочет, чтобы ее компании позиционировались хорошо в Сербии, прежде чем наша страна вступит в ЕС. Когда происходил процесс приватизации в странах бывшего советского блока, у России было много проблем и она пропустила вложение капитала для развития там своих дочерних компаний. Зато, пусть в некоторых областях промышленности, Россия хочет сейчас в Сербии смягчить барьеры, которые ЕС ставит на пути к ее «бизнесу». С этого у нас будет только прибыль! Так будет только лучше для нас!

В связи с «обманом» сербов со стороны русских, пусть мы об этом уже достаточно говорили, есть что добавить. Россией не правят «славянофилы» или «православные зилоты». Русская правящая элита стремится утвердить патриотизм, оживить религиозные традиции, но на первом плане – экономическое развитие страны. И это не только в интересах народа, но и собственников капитала. «Олигархи» больше не правят Россией, но есть промышленные гиганты – их интересы принимаются во внимание в формировании государственной политики.

Наряду с этим, Россия заботится, в первую очередь, о своих государственных интересах, нежели об интересах русского народа. Нет сомнений, что речь идет о защите прав русского населения в других республиках, но (к сожалению) много для этого не делается. Особенно, когда налажены хорошие отношения с тамошней властью. Примера ради, скажем, что статус русской общины в Казахстане оставляет желать лучшего, но для Москвы важнее хорошие отношения с этой большой среднеазиатской державой, нежели забота о положении соотечественников. Только когда правительство в каком-то государстве начинает недружественно относиться к Российской Федерации, то вопрос русского меньшинства становится значимым.

Между тем, Россия поддержит то, что в интересах сербов, и согласуется с международным правом; конечно, кроме случаев, если наша власть будет вести себя так, как будто ей нет дела до сербских интересов. Россия поддержит дейтонский статус Республики Сербской, целостность Республики Сербской, права сербов в Хорватии, права беженцев из Косово. В интересах России – налаживание особенного сотрудничества с Сербией.то речь идет о защите прав русского населения в других республиках, но (к сожалению) много дляэтого не делается. что м «кая ави Во-первых, мы готовы к этому (большая часть населения, а декларативно и политиков), а России выгодно иметь в этом регионе близкого партнера. Во-вторых, между нашими народами действительно существует чувство дружбы и близости. Это не нужно переоценивать, но все же это будет способствовать лучшим политическим отношениям. И наряду с этим, с государствами все так же, как и с людьми – когда в «обществе» создается предубеждение, что кто с кем-то близок, тогда и его мощь и искренность оценивается в соответствии с поступками по отношению к близкому человеку (государству). Значит, влиянию Российской Федерации способствует то, что «глобальная общественность» узнает, что она помогает Сербии!

Сербофобия в виде русофобии

Все это, в общих чертах, знают и те наши политические и СМИ круги, которые пропагандируют антирусские настроения. Они делают это, так как заражены титоизмом – и отсюда антисербское отношение, а не антирусское!

Они боятся чего-то, что может стать реальностью. Россия хоть и не идет по некоему особенному «славянскому и православному пути», но защищает принципы так называемой суверенной демократии. Другими словами, Российской Федерацией должна управлять ее собственная политическая и экономическая элита. Противостоит этому так называемая евроатлантическая концепция. Если не формируется некая мировая держава, создается иерархическая модель существующих государств и ассиметричной атрофии суверенитетов. Внутри «евроатлантической семьи народов», политическая и экономическая элита договаривается о совместных направлениях деятельности, с особенным влиянием американского центра силы. Конечно, как в каждой семье, во власти существуют разногласия. Хотя обычно находятся решения сложившихся проблем.

Между тем, пока есть территория для самостоятельной деятельности ЕС и ее членов, у США есть намного больше площади для маневров. Америка – член семьи, живущий по особым правилам, – она сильно воздействует на других членов семьи, но никто не вправе вмешиваться в «ее дела»!

Сербия не может на глобальном уровне быть таким же игроком, как и Россия; не может даже быть внутри «суверенной», как эта мощная страна. Хотя, Сербия может попытаться стать самостоятельной и отказаться от слепого послушания и роли периферийного члена «евроатлантической семьи». Это не значит, что мы отречемся от европейской интеграции, но это будет нашим желанием показать, что мы хотим стать частью «североатлантического пакта», что мы не хотим быть рупором чужого политического курса, что не хотим верить в так называемую евроатлантическую идеологии! Но, чтобы достичь всего этого, часть политических и медиа-структур ведет процесс «евроатлантической» индоктринации – разорения наших традиций для «постройки» новой идентичности. Этому и служит антирусская риторика – сербов нужно отвратить от «плохого» примера и остановить налаживание тесных связей с Россией. В этом контексте необходимо рассматривать и отношение наших евроатлантистов к кириллице – все, что нас делает не похожими на Запад, нужно элиминировать; особенно когда речь идет о символической спайке с Россией.

В заключение, нужно сказать еще одну важную вещь. Антирусская кампания наших политических и медийных евроатлантистов, должна была послужить бумерангом. Они надеются, что их негативное отношение к России и русским, даже пусть это и не будет принято народом, возмутят русскую власть и СМИ. Что это отразится на отношении России и Сербии. Как следствие этого, налогоплательщики и финансисты наших евроатлантистов отделались бы от неприятного для них русского вмешательства в балканские дела. Тогда бы они могли закончить то, на что надоумили сербов, и в чем им мешает Россия. Зачем России помогать тому, кто ее даже не ценит? Я надеюсь, что хотя бы часть нашей сербской элиты будет иметь это в виду.

Русофобы не любят и Сербию

Русофобия не означает только страх по отношению к русским, она подразумевает и отторжение русского народа, ненависть к нему. Среди сербов очень мало русофобов; вопрос – есть ли они вообще? Те, которых гложет русофобия, по сути больше и не являются сербами; они утрачивают свои идентичность. Опросы этнической дистанции показывают, что даже сторонники ЛДП, по правилу, не настроены антирусски. Хотя, они высказываются против развития специальных связей Сербии и России, но у них нет ненависти к русским.

Русофильство означает любовь к русским. И нет сомнений, что многие сербы – русофилы – чувствуют по отношению к русским сильные симпатии, и считают, что с Россией нужно налаживать самые лучшие контакты. Между тем, среди сербов в наше время (а так было не всегда) немного русоманов. Под русоманией подразумевается иррациональная любовь к России; а национально ориентированные сербы (в чьих рядах находятся и русофилы), сербские интересы недвусмысленно ставят на первое место. Их чувство близости к России не входит в противоречеие с сербскими национальными интересами.

Мы и русские действительно близкие народы: во многом мы одного происхождения, у нас одна религия, и в прошлом нашего государства у нас в основном были хорошие отношения. Что еще важнее – сербы и русские считают друг друга братскими народами. Основываясь на этом, они могут развивать обоюдные плодотворные отношения и тем самым дополнительно «поливая» «Дерево дружбы». Тогда это будет позитивно закрытый круг, который сделает возможным усиление составляющих его элементов.

Хотя всегда нужно иметь в виду, что самые сильные спайки между народами – это нечто глубинное, архетипичное. Меняются и политические, и экономические интересы – но такие связи остаются! Изменялись системы и обстоятельства, но русский и сербский народ, иногда наперекор государственной политике, всегда чувствовали обоюдные симпатии. А наша дружба с французами, не основанная ни на каких глубоких связях, прошла так быстро, как будто ее никогда и не было. Страны ориентируются на свои собственные интересы, но в течение длительного времени ни одна сила не будет так дружественно настроена по отношению к нам, как Россия!

Драгомир Анджелкович
Перевод Анны Травкиной


Tags: Сербия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments