?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Тюркская карта сирийской войны: интервью с Шохратом Кадыровым
Обзор
newsmen_lj


27 февраля вступила в силу резолюция СБ ООН о прекращении всех боевых действий в Сирии, в том числе удары российских ВКС и ВВС возглавляемой США коалиции. Соглашение не распространяется на удары по позициям «Исламского государства», «Джебхат-ан-Нусры» (организации, запрещенные в России и ряде других стран) и других группировок, которые Совбез ООН признал террористическими. Но в тот же день поступила информация о том, что турецкие войска обстреляли подконтрольные курдам города в Сирии. Это первое нарушение резолюции СБ ООН 2268 и, вероятно, не последнее. Активность в Сирии Турция объясняет в числе прочего еще и заботой о туркоманах — народе, о котором широко стало известно в ходе упомянутой войны. На ряд интересующих EADaily вопросов согласился ответить доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра изучения общих проблем современного Востока ИВ РАН Шохрат Кадыров.
Не секрет, что в войне в Сирии чуть ли не ключевыми участниками являются Россия и Турция. С точки зрения продолжения перемирия возникает вопрос: что является главным для Анкары — борьба с курдами или отстаивание интересов туркоманов?
Борьба с курдами — главная цель Турции. А главная ее опора — туркоманы. Турция никогда не откажется помочь братьям-туркоманам в Сирии сохранить свои территории и тем самым обеспечить турецкое присутствие. Использование этнической карты в политике — игра рационального с иррациональным. Так, в ответ на предложение России президенту Турции Реджепу Эрдогану извиниться за сбитый самолет и наказать виновных он демонстративно наградил туркомана, сбившего русского летчика. И все это на фоне предложений Анкары вернуться к миру. Не было бы в Сирии туркоманов, было бы куда меньше весомых и понятных турецким гражданам мотивов вмешательства Турции в дела Сирии. Не было бы и силы внутри Сирии, на которую Турция могла опираться.
Турки Турции и туркоманы Сирии — это один народ?
Туркмены-огузы появились в Сирии в составе военных поселений Сельджукской (происходящей из Туркменистана) империи гораздо раньше возникновения турков как нации (16−17 вв.). Сохранению себя в качестве самостоятельного этноса туркоманы обязаны Сирии. Туркменов, говорящих на туркменском языке в самой Турции, едва ли больше 200 тысяч, в то время как туркоманов в Сирии более миллиона. Показательно, что до войны в Сирии в России мало кто обращал внимание на их существование. Туркоманы Сирии никогда не представляли непримиримую оппозицию, не были инициаторами войны и сегодня ведут борьбу не столько компактно, сколько в различных антиасадовских группировках. Они были ангажированы в военные действия этническим родством с турками. Большинство их не видит своего будущего без покровительства Турции. Пока существуют туркоманы, Турция имеет возможность разыгрывать карту этнической иррациональности. И не только в Сирии.
Выходит, что вовлечение туркоманской карты в сирийскую войну — это результат манипулирования или четко просчитанной политики, играющей на этнических чувствах?
Сбитый туркоманом российский самолет можно рассматривать и как случайность, и как резонансный эксперимент внедрения новейших политтехнологий иррационального. Российская этнография, увы, до этого еще не доросла. Российские этнографы даже не смогли толком ответить на вопрос: кто такие сирийские туркоманы и есть ли связь между ними и тюрками Кавказа и Центральной Азии? Они полагают, что этносов вообще в природе не существует, что это придуманная реальность. Но этнические чувства не могут быть придуманы, они являются продолжением наших инстинктов, и в этом смысле они объективны: инстинкт продолжения рода, родительской опеки, коллективного подсознательного и даже ксенофобии — неприятия чужого. На этих инстинктах возникают универсальные культурные нормы, свойственные всем без исключения людям на земле, но в рамках их этничности. В жилищах разных народов мира вы встретите Библию и Коран, православные иконы и статуи Будды. Все зависит от того, в каком уголке мира вы находитесь. Но везде и всегда вы найдете рядом с этими культовыми вещами фотографии родных и близких. Это и есть культ родства, на котором основано представление об этносе как большой семье.
Не так давно в интернет-пространстве обсуждалось интервью академика Тишкова — научного директора Института этнологии и антропологии РАН. В нем он утверждает, что в России только один народ — российский, а с другой стороны, — что в России 400 этносов. Не противоречит ли ученый сам себе?
Скорее всего, академик Тишков, мечтает, чтобы в будущем упоминаний об этносах было как можно меньше. Но этнических различий и проблем от этого не станет меньше. Сокрытие этнической статистики, а после роспуска СССР убрали из паспортов графу «национальность», затрудняет работу этнологов. В ООН сейчас около 180 государств, а численность народов в мире на порядок больше, если же говорить об этнических языках, то их многократно больше, чем официально зафиксированных этносов. Уверен, что в России не 400, а в несколько раз больше этносов и этнических групп.
Этносы извечны. Они не исчезают. В худшем случае инкорпорируются в другие, превращаются в такие же по своей феноменальности этнические коллективы. Так из туркоманов появляются турки, при участии туркоманов формируются азербайджанцы. Взаимоинкорпорированы в той или иной степени все среднеазиатские этносы. В составе туркменского племени нохурли проживают потомки карабахских армян.
Этносы, как никакие социальные группы, мобилизуют людей «по умолчанию» на идее расширенного (мнимого и реального) родства. И в этом их феноменальное отличие от всех остальных общностей. Но вы правы, что ситуация усугубляется тем, что в современных этнократических государствах Центральной Азии идея расширенного родства становится частью официальной доктрины нациестроительства, т. е. внедряется властью со школьной скамьи. И тут уже не важно, что думает наш среднеазиатский тюрок о своем родстве с турецкими или сирийскими тюрками и есть или нет таковое. Куда важнее, что все тюркские государства вооружены в отношениях с Турцией лозунгом пантюркизма: «Два государства — один народ».
В Туркменистане этот процесс имеет свои особенности, ведь из всех народов Центральной Азии этноним «туркмен» наиболее созвучен сирийскому «туркоман»?
В духовной книге «Рухнама» («Книга о духе»), доставшейся от покойного президента Сапармурата Ниязова — Туркменбаши, все тюрки идут от туркменов-огузов, а кульминационный расцвет величия туркменов связывается с династией Сельджуков (туркоманов) из Туркменистана, покоривших мир от Испании до Китая и положивших начало Османской Турции. «Рухнама» приравнивается к Корану, чтобы национализмом отвлечь туркменов от исламского фундаментализма. После кончины Туркменбаши эта опасность возросла на порядок. Вот почему книга о родстве туркоманов и туркменов до сих пор главная в неатеистическом, но светском Туркменистане. Россия, как участник войны в Сирии, рискует ухудшить отношения с ближним тюркским миром Кавказа и Центральной Азии. А он во времена Российской Империи служил подушкой ее безопасности. На этой модели зиждется идея Евразийского союза. Не принять это во внимание, на мой взгляд, было бы стратегической ошибкой.

По материалам eadaily.com



Posts from This Journal by “Сирия” Tag