Previous Entry Share Next Entry
Турция: неоосманизм или неоглобализм? (II)
Обзор
newsmen_lj



Часть I

Переговоры по сирийскому урегулированию в Женеве становятся все более неприемлемыми для Турции, и в Анкаре явно стремятся блокировать их под различными предлогами. Если ранее Эрдоган в качестве условия его согласия на переговорный процесс выдвигал требование скорейшей отставки Башара Асада, то теперь, после радикального изменения военно-политической ситуации в Сирии, в ход пущен курдский фактор.

По свидетельству постоянного представителя России при ООН Виталия Чуркина, Турция пригрозила срывом переговоров Дамаска с оппозицией в Женеве, если в них примет участие делегация сирийских курдов. По словам российского дипломата, столкнувшись с ультимативным требованием турецкой стороны, спецпосланник ООН по сирийскому урегулированию Стаффан де Мистура был вынужден отказаться от привлечения курдов к переговорам «на данном этапе». Однако понятно, что эта уступка не решает проблемы, поскольку урегулирование сирийского кризиса без учета курдского фактора и без прямого участия сирийских курдов невозможно.

Не удовлетворившись тактической уступкой со стороны спецпосланника ООН, турецкое руководство намерено добиться от ключевых участников сирийского урегулирования более весомых гарантий касательно курдов. И если инструментов давления на США у Анкары нет, то инструменты давления на Европейский союз есть и они великолепно отточены: Эрдоган намерен продолжать разыгрывать «карту беженцев», используя, в частности, свои «особые отношения» с федеральным канцлером Германии Ангелой Меркель и с другими представителями германской политической элиты. В числе последних следует особо упомянуть бывшего вице-председателя Еврокомиссии и комиссара ЕС по вопросам расширения социал-демократа Гюнтера Ферхойгена, стоявшего у истоков самого крупного расширения ЕС в 2004 году.

Сегодня Ферхойген защищает позицию Турции в отношении Евросоюза и оправдывает Эрдогана даже там, где тому предъявляют обвинения в попрании демократических прав и свобод. Вот показательный фрагмент из недавнего интервью Ферхойгена германскому изданию Cicero. «Формально переговоры о вступлении Турции в ЕС продолжаются, и они должны быть ускорены как часть миграционного соглашения… В отношении Турции как кандидата на вступление в ЕС действуют такие же правила, как и в отношении тех, кто уже вступил или желает вступить в Евросоюз. Главное условие - выполнение политических критериев - демократия, верховенство закона, права человека. Скидок не может и не должно быть. Мой опыт показывает, что необходимая демократическая трансформация в стране-кандидате происходит только тогда, когда европейские перспективы являются очевидными. Только таким образом ЕС обладает практическими возможностями воздействия на внутриполитическую обстановку. Но ЕС де факто отступил от этих возможностей, поскольку он не преследует цель вступления Турции. Я считаю, что ситуация с правами человека и проблемы развития демократии в Турции связаны с потерей перспективы вступления в ЕС», - говорит Ферхойген.

Расчеты Меркель, Ферхойгена и других германских политиков понятны: «откупиться» от Анкары отдельными финансовыми и политическими уступками и одновременно попытаться взять ее под какой-то контроль посредством новых обещаний и размораживания переговоров о приеме в Европейский союз. Как показывает опыт взаимоотношений Брюсселя с другими странами-кандидатами, подобный сценарий зачастую работает. В частности, так было с восточноевропейскими странами, вступившими в ЕС в 2004 году. Аналогичным образом Брюссель с большим успехом влияет на внутриполитические процессы и внешнеполитическую ориентацию Черногории, Македонии, Боснии и Герцеговины, Молдавии, Украины, Грузии и отчасти Сербии.

При этом в случае с турецкой заявкой Брюссель готов даже пойти на конфронтацию с отдельными странами-членами ЕС, недовольными протурецким сдвигом в политике Еврокомиссии. Как справедливо указывает издание Business Insider, «готовый на все Евросоюз сейчас всерьез рассматривает идею сделать Турцию одним из членов ЕС в обмен на то, чтобы большая часть мигрантов оставалась в пределах Турции», притом что предоставление Турции членства в Евросоюзе «является проблемой для Кипра». «Чисто с технической точки зрения Кипр обладает таким же правом вето, что и Германия, и Франция. Поэтому он может наложить вето на заключение этого договора с Турцией, несмотря на то что остальная часть Европы так отчаянно нуждается в заключении договора», - пишет издание и делает вывод: «Несмотря на то, что Кипр преследует свои законные интересы, ЕС просто игнорирует эти проблемы, что снимает лишние кирпичики со «здания» ЕС. Издевательства над более слабыми членами ЕС уж точно никак не согласуются с идеей "тесного единства"».

Однако оправдается ли эта тактика «умиротворения» Турции, рассматривающей вступление в ЕС не как самоцель, а как один из способов укрепить свои геополитические позиции в Евразии?

Для того чтобы оценить всю широту запросов и планов Анкары, стоит упомянуть о том, как формировалось геополитическое мировоззрение нынешнего премьер-министра Турции Ахмета Давутоглу, чья концепция политики «стратегической глубины» все больше приобретает измерение «глобальной широты». В частности, авторы официальных биографий Давутоглу не любят подчеркивать тот факт, что в 1990-1995 годах нынешний турецкий премьер работал в Международном исламском университете в Куала-Лумпуре, который в 1990-х годах превратился во всемирный центр притяжения студентов и профессоров из стран ислама. Его лекции и семинары этого университета посещал, в частности, известный лидер боснийских мусульман Мустафа Церич. Как говорят в самой Турции, пребывание Ахмета Давутоглу в Малайзии помогло ему войти в круг «Братьев-малайзийцев» (по аналогии с «Братьями-мусульманами») – неформальной группировки исламистских деятелей, делающих ставку на пропаганду идей политического ислама по всему миру через системы образования и другие инструменты «мягкой силы». Принадлежность к данному кругу стала определяющим фактором при формировании кадрового состава руководящих государственных структур в Турции с приходом к власти Эрдогана.

В свое время Ахмет Давутоглу признался, что встречи, которые он имел во время работы в исламском университете в Куала-Лумпуре, в значительной мере определили его позиции по актуальным международным вопросам и содержание самой концепции «стратегической глубины», которую Давутоглу кратко описывает формулой «Неоосманизм + пантюркизм + ислам = Великая Турция». Воплотив эту формулу в жизнь, Турция, по его словам, должна стать «центральным государством» нового евразийского порядка.

Соответствуют ли глобальные цели доктрины «стратегической глубины» интересам Европы, можно даже не спрашивать. Неоосманизм в идеологии и практике турецкого государства уже вызвал хаос в Сирии и массовый приток беженцев в страны Европейского союза. Это не мешает, однако, евроатлантическим структурам, и в первую очередь НАТО, использовать турецкий экспансионизм в своих целях. Сделать это Запад пытается не на одном, а одновременно на нескольких фронтах, и с этой точки зрения в дальнейшем еще большее значение будут приобретать ось Прибалтика - Черное море и ось Кавказ - Средняя Азия - Афганистан.

Смычка интересов США, Североатлантического альянса и великодержавной турецкой политики на «большой шахматной доске» очевидна. В этом плане Европе следует ожидать нового этапа в своих дискуссиях с Анкарой, когда Турция, удовлетворённая тем, как решились вопросы о беженцах, о финансовой помощи со стороны ЕС и отмене виз потребует признания за ней ключевой роли в решении таких проблем, как Сирия, Нагорный Карабах, Ирак, Кипр и курдское национальное движение.

Петр Искендеров

По материалам fondsk.ru


Posts from This Journal by “Турция” Tag


?

Log in

No account? Create an account